Модернисты и аскетика

Лествица, возводящая на небо

Роман Торчагин

Печально, но факт: во время постов регулярно возникают модернистские материалы с «оправданием» несоблюдения этих постов. Пост телесный противопоставляют посту духовному, как будто одно противоречит другому, звучат призывы «самостоятельно определять свою меру поста», узаконить супружеские плотские отношения в пост и т.п.

Очередное подобное выступление было опубликовано в газете «Аргументы и факты». На этот раз Ю. Белановский, известный как последователь о. Петра (Мещеринова), говорит не только и не столько о посте, но об аскетике вообще. Рассмотрим его утверждения подробнее.

Автор не сразу переходит к высказыванию «новаторских» идей. Однако постепенно нарастает иронический тон: Человеческие грехи разделены на роды, виды, подвиды и т.д. Построены целые «генеалогические» таблицы и «деревья», показывающие корни и взаимосвязи страстей и грехов.

Этот тон не случаен. Ниже автор пишет: Избавление от греха для христиан не самоцель, смысл христианства в единении со Христом, отдавшем за людей свою жизнь. Аскетика — это лишь одно из средств в достижении целей христианской жизни. Однако же единение со Христом не бывает без избавления от греха, поэтому это противопоставление выглядит бессмысленным.

Тем не менее, далее становится видно, что г-н Белановский не так просто делает это противопоставление: Под аскетикой понимается некоторый особый образ жизни, состоящий исключительно из духовно-душевно-телесных упражнений (размышления, рассуждения, молитва, воздержание чувств и воображений, истощение физиологии и т.д.). Такая аскетика противопоставляется «мирской жизни», и жизнь христианина уподобляется полету на воздушном шаре. Сам шар, влекущий вверх, — это аскетика, а балласт, тянущий вниз, — «мирская жизнь». О вещи, очевидной для христиан, здесь говорится с неким сожалением.

Действительно, кому-то хотелось бы сочетать веру в Бога и пристрастия к земным вещам, но это невозможно. Модернизм же никакой проблемы здесь не видит и стремится «исправить» учение Св. Отцов в угоду прихотям современного человека. Ю. Белановский не отрицает полностью необходимости борьбы с грехом, однако сразу начинаются оговорки.

Первая из них: Во-первых, многие обманываются красотой, стройностью православного аскетического учения, противопоставляя аскетику «мирской жизни» и рассматривая ее как наиболее приоритетную по отношению к другим сторонам церковной жизни, даже к Евхаристии. Совсем не ясно, о чем говорит Белановский. Если некто годами не причащается, то вряд ли он серьезно задумывается, например, о борьбе с помыслами. Также можно отметить, что опасно и кощунственно противопоставлять Таинство Святого Причащения и аскетику. Причащение с забвением аскетики, без борьбы с грехом-это причащение во осуждение.

Вторая оговорка: Во-вторых, аскетика в своем традиционном виде, как она представлена в классических трудах прошлого, в наши дни остается большей частью теоретическим книжным знанием и представлена в немалой степени умозрительными советами и рекомендациями. Вместо того, чтобы признать свое недостоинство и немощь, смиренно молиться Господу о даровании нам Его помощи в исполнении заповедей, нам, по сути, тут говорится о «неисполнимости» заповедей Божиих. Это приводит к печальным последствиям уже сейчас: вместо искоренения греха идет речь о его «ограничении».

Автор утверждает: В итоге слишком часто православные уверены, что книги по аскетике и есть жизнь, тогда как они большей частью — осмысление прошлого. То есть перед нами модернистское клише о превосходстве «жизни» над догматами и заповедями. Дескать, аскетические книги «принадлежат прошлому». Однако это очевидная ложь. Заповеди обязательны для всех и всегда. И они не только имели значение в прошлом, но и сейчас имеют значение для нашего будущего, вечного будущего каждого человека.

Далее идут «снисходительно»-оскорбительные рассуждения о сходстве ревнителей благочестия с Дон Кихотом и опять-таки превознесение «жизни» над заповедями. Делается «вывод»: Читающие в итоге все же задумываются над чем-то важным для них, учатся чему-то хорошему, порой делают для себя глубокие личные выводы, им и в голову не приходит буквально подражать Дон Кихоту, слепо повторять его подвиги или исполнять все его советы. Что это будет значить применительно к аскетическим книгам? Почитал, помечтал о себе, выбрал нечто, что кажется более легким, а остальное отвергнул как «устаревшее», «умозрительные советы» и… пошел дальше жить, «как все живут», чтобы «не быть Дон Кихотом» и «не отставать от современности».

Если пропустить некоторую часть текста, то доходим до следующего утверждения: Сегодня важная составляющая аскетики в том, чтобы быть правдивыми, каждому быть самим собой. «Правдивость» здесь — это рассуждать от ветра главы своея и жить в соответсвии с этими суждениями. «Что хочу, то и ворочу. Во что хочу, в то и верю, и при этом называю себя христианином. Эти заповеди я выполняю, потому что мне так хочется, а эти не буду — у меня свой путь. Я мытарь и грешник, и горжусь этим, не то, что какие-то фарисеи». Таков голос модернизма.

Да, конечно, «надо различать обучение и имитацию». Надо искренне и с упованием на Бога стараться исполнять Его заповеди. А модернизм склоняется к тому, чтобы считать «имитацией» любое противоречие «жизни», то есть миру сему, если называть вещи своими именами. Белановский почему-то видит «дух соперничества» в том, что христиане стремятся жить по ясно выраженным заповедям Господним.

Очередное странное утверждение: Важно осознавать, что нет единой «дороги на небо», где христиане непременно соревнуются, где один — впереди, другой — сзади. Есть личные пути христиан. Вера каждого уникальна, ибо она основана на отношениях с Личным Живым Богом. Путь христианской жизни у каждого так же уникален. Кому-то эти слова понравились бы: ведь не хочется осознавать, что ты «сзади», что ты нищ и наг по сравнению со Святыми. Такой подход нивелирует разницу между грехом и святостью. Святые строго постились, а кто-то мясо постами ест и развлекается. Согласно указанному модернистскому подходу, каждый из этих путей уникален и ведет ко спасению, и сравнить их невозможно. Безумие такого взгляда очевидно. Нечто подобное применительно к догматам мы также постоянно слышим. Хорошо известны пошлые рассуждения о том, что «все религии равны и спасительны». И корень у этих двух явлений один — неверие.

Сравнивая аскетику и психологию, Белановский называет и то, и другое «помогающими профессиями». По отношению к аскетике это звучит крайне нелепо и глумливо. Спасение души — это «профессия»? Не хочется даже комментировать. После уподобления аскетики спорту автор говорит о ней «снисходительные» слова: Может быть, что-то пригодится. Может быть, благодаря постам кто-то перестанет злиться, а кому-то регулярная молитва поможет преодолеть зависть. Аскетика, как и спорт, полезна и нужна, но трудно сказать, что она дает конкретному человеку. На такие слова можно ответить следующее: да, разные люди могут более или менее преуспеть в молитве и посте, однако отказ от аскетических норм, установленных Церковью, является грехом, преступлением против Закона Божия. И за это преступление человек будет судим Богом, если не покается и не исправит своей жизни. Уже для того только надо выполнять церковные установления, чтобы не быть осужденными за непослушание им. При помощи Божией, молитва и пост приносят великие и дивные плоды, что мы видим у Святых.

Автор не приемлет и аскетической борьбы с «мелочами»:

Аскетическое учение настаивает, что нужно бороться даже с мелочами, даже с плохими мыслями. Но на деле стать столь «чистым» своим трудом невозможно, нереально. В итоге слишком часто христианами приобретается постоянное бесперспективное чувство вины… А действительно ли бытовые огрехи, дурные мысли стоят столько внимания и сил?

То, что раньше считалось само собой разумеющимся, теперь вызывает недоумение — как это с помыслами бороться? Но отрицать это — значит отрицать и Священное Писание, и Священное Предание. И за такие «мелочи» можно лишиться Царствия Небесного. Своим трудом никто ничего не сможет достигнуть, но только силой Божией. И выбор здесь невелик: или мы плачем в этой жизни о своих грехах, или будем плакать вечно. Вот что говорит о «маловажных» грехах св. Игнатий (Брянчанинов) в «Слове о смерти»:

Есть грехи простительные. Так, если случится кому увлечься чревообъядением, блудным воззрением и помышлением, произнести гнилое слово, солгать, украсть что-либо маловажное, потщеславиться, погордиться, прогневаться, на короткое время огорчиться или воспамятозлобствовать на ближнего, во всех таких увлечениях, по немощи человеческой, когда за ними следует сознание и раскаяние, мы удобно получаем прощение от милосердого Бога. Простительный грех не разлучает христианина с Божественною благодатию, и не умерщвляет души его, как делает то смертный грех; но и простительные грехи пагубны, когда не раскаиваемся в них, а только умножаем бремя их. По сравнению, сделанному святыми Отцами, одинаково может потопить человека и навязанный на шею тяжелый камень и навязаный мешок с песком: так одинаково влекут в адскую пропасть и смертный грех и накопленное множество малых, простительных грехов. Что, например, сделал особенно худого евангельский богач, предававшийся ежедневно увеселениям, имея на то собственные средства? Причиною его погибели выставлена в Евангелии единственно его рассеянная жизнь, приведшая к совершенному забвению о вечной будущности и о добродетели. Рассеянность сделалась его страстью; вне ее он не понимал жизни.

Поэтому крайне опасным является предложение в статье, что повседневность эффективнее оценивать не из «теории», где все греховно, а по совести, по тому, что беспокоит и мешает жить. Тем более, что с таким подходом в скором времени уже и смертные грехи не будут «беспокоить и мешать жить», особенно те, которые шире всего распространены — блудные грехи и детоубийство.

Автор предлагает бороться с грехом при помощи… психологии, потому что при этом «нет постоянного общего чувства вины». Однако и благодатной помощи Божией при этом нет, но только человеческие мудрования. Здесь видна еще одна модернистская болезнь — смешение земного и небесного, что мы видим и в «православной психологии». В данном случае даже не «православная психология», а вполне обычная наделяется способностью помогать в борьбе с грехом. Далее даже говорится, что психология якобы изобрела нечто более совершенное, чем в аскетике. Почти ту же мысль мы видели у о. Андрея Лоргуса (См.: Что такое «православная психология», и зачем она нужна?). Однако учение Св. Отцов о борьбе с грехом не может быть «усовершенствовано» земными науками, так же, как не может быть никакого «догматического развития».

Святые Отцы оставили нам свое учение, истинность которого подтвердили своей жизнью. Будем ли мы внимать им или будем проявлять самоволие? Нам ясно показан путь — так для чего же блуждать в поисках неизвестно чего? Не будем искать «удобных» путей по воле своей, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь (Мф. 7:13-14).

Модернисты и аскетика: 12 комментариев

  1. Модернисты так же далеки от Господа, как и протестанты, как и свидетели Иеговы, мусульмане и т.д. Это не христианство, это секта саддукеев и фарисеев наших дней. Они много говорят о Любви, но под этим словом видят свой смысл, Христовой Любви противоположный. И как древние богоборцы называли Христа бесноватым, так и современные их последователи скоро не постесняются и всех Святых Отцов записать в прельщенных гордецов и маргинальных фанатиков. Но при этом вор продолжает во всё горло вопить: «Держи вора!»

    Их бог — чрево, и это причина, а много много много красивых громких слов только для того чтобы под лицемерной маской любви спрятать от себя и от других свиное рыло.

    Нравится

    • «…особенно ясно видно, как газеты, радио, телевидение, школы, музыка, реклама, мода — словом, все до единого средства воздействия на наши умы и вкусы — прямо или косвенно истребляют в людях православное мировоззрение, убеждают нас, что православная вера «фанатична», что она «не идет в ногу со временем», что нам остается только отбросить высокий идеал соединения, слияния всей нашей жизни со Святым Православием, и взамен как следует «приспособиться» к окружающему миру, «найти общий язык» с другими исповеданиями и мировоззрениями.

      Против этого яростного наступления православный христианин обязан держать внимательную и крепкую оборону — иначе он и сам лишится своего Православия, и детей своих обречет на верную гибель.

      «Вы — соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою? Она уже ни к чему не годна, как разве выбросить ее вон на попрание людям» (Матф. 5, 13)

      Святые Отцы — создатели Устава — прекрасно знали об этой непрестанной битве за сохранение христианства в нас самих.» о. Серафим Роуз

      Нравится

    • «Факт нашего отхода от идеала (то есть, от нормы) православной жизни должен быть поводом не для уныния, но для настойчивого стремления к этому идеалу, насколько это возможно в условиях всячески отвлекающей нас современной жизни. И, прежде всего, нужно понять, что идеал этот вполне достижим и не требует от нас ни сверхестественных усилий, ни какого-то особо возвышенно «духовного» состояния, без которого якобы нельзя и начинать славить Господа.

      В самом деле, одним из препятствий распространения православных служб суточного круга в повседневной жизни является ошибочный дуализм, закравшийся в православное мировоззрение, а именно, что Православие есть нечто абстрактно «духовное», а в жизни православные христиане «такие же как все». На самом же деле , напротив, Святые Отцы со всею ясностью учат нас, что истинный христианин отличен от всех остальных как внешне, так и внутренне, причем одно выражается через другое. Так Св. Макарий Великий поучает:

      «У христиан — свой мир, свой образ жизни, и ум, и слово, и деятельность свои; инаковы же и образ жизни, и ум, и слово, и деятельность у людей мира сего. Иное — христиане, оное — миролюбцы; между теми и другими расстояние велико . . . Поелику ум и разумение христиан всегда заняты мудрствованием о небесном, по общению и причастию Св. Духа созерцают вечные блага; поелику рождены они свыше от Бога, в самой действительности и силе сподобились стать чадами Божиими . . . Обновлением ума, умирением помыслов, любовью и небесною приверженностью ко Господу от всех людей в мире отличается новая тварь — Христианин . . . У христиан другой есть мир, иная трапеза, иные одеяния, иное наслаждение, иное общение, иной образ мыслей, почему и лучше они всех людей».

      Давайте сопоставим свою жизнь с этими стандартами Православия:

      В самом ли деле имеем мы иную трапезу и иные одеяния, чем этот мир наглого непотребства и чревоугодия? Иные ли у нас дела и слова, образы жизни и молитвы? Если нет — то наверняка и духовно мы не отличаемся от миролюбцев.
      Отличны ли наши праздники по смыслу от праздников людей мира сего? Посвящаем ли мы их неуклонно Богу и Его славословиям, житиям Его Святых и писаниям Боговдохновенных Отцов?
      Уделяем ли мы часть каждого дня, по мере наших сил и времени, молитвенному подвигу, следуя данному Богом суточному кругу богослужений и освобождая себя от тяжкого бремени современной мирской жизни?»

      Можно ли спастись без такого подвига? Св. Макарий Великий отвечает:

      «Весьма многие из людей хотят сподобиться Царствия Небесного без трудов, без подвигов, без пролития пота; но сие — невозможно»»
      о.Серафим Роуз

      Нравится

    • «Наше Православие — это островок среди мира, живущего по совершенно другим принципам, и с каждым днем эти принципы все более меняются в худшую сторону, все более отчуждают нас от него. Многие люди подвергаются искушению разделить свою жизнь на две категории: повседневная жизнь на работе, с мирскими друзьями, в мирских делах, и Православие, по которому мы живем по воскресеньям и в другие дни недели, когда у нас есть для этого время. Но если взглянуть пристальнее, мировоззрение такого человека часто представляет собой странную комбинацию христианских и мирских ценностей, которые на самом деле не смешиваются.

      Православие — это жизнь. Если мы не живем по-православному, мы просто не православные, вне зависимости от того, к какой вере мы формально принадлежим.

      Существуют два ложных подхода к жизни вокруг нас, которые многие принимают, думая, что это и есть образец, как должны поступать православные христиане. Один, наиболее распространенный подход — просто идти в ногу со временем: приспосабливаться к рок-музыке, современным модам и вкусам и всему ритму нашей джазовой современной жизни. Этот путь — полное несчастье для христианской жизни, это смерть души. Некоторые могут все еще вести внешне пристойную жизнь без борьбы с духом времени, но внутренне они мертвы и умирают, и, что печальнее всего, их дети заплатят за это различными психическими и духовными расстройствами и болезнями, которые все более и более распространяются.

      Так нельзя! Христианин должен отличаться от мира, и это должно быть одной из основных вещей, которые ему следует усвоить как часть своего христианского воспитания. Иначе нет смысла называть себя христианином, особенно православным христианином.

      Существует неверное мнение, которое, к сожалению, слишком уж распространено ныне, что достаточно иметь православие, ограниченное церковным зданием и нормальной «православной» деятельностью типа молитвы в определенное время или крестного знамения; в остальном же, согласно этому мнению, можно жить как все, участвуя в жизни и культуре нашего времени без всяких проблем постольку, поскольку мы не совершаем греха.

      Всякий, кто понял, насколько глубоко Православие и насколько глубоки обязанности серьезного православного христианина, а также какие обязанности накладывает на нас, какие тоталитарные требования предъявляет нам современный мир, легко видит, как ошибочно это мнение. Или ты православный в любое время каждого дня, в любой жизненной ситуации, или же ты на самом деле вовсе не православный. Наше православие открывается не только в наших строго религиозных взглядах, но во всем, что мы делаем и говорим. Большинство из нас почти не осознает христианской ответственности за мирскую сторону нашей жизни. Человек же с подлинно православным мировоззрением любую часть своей жизни живет как православный. » о. Серафим Роуз

      Нравится

  2. «Но возникает вопрос: «в чем же причина такого страшного искажения веры, свойственного, как уже говорилось выше, не только данной книжке, но и сознанию многих православных?» Ответом будет слово: «миролюбие». Современные люди, даже приходя в Церковь, не желают по настоящему менять своего сознания. Они не желают по настоящему покаяться («ибо «покаяние» в библейском смысле — это перемена мыслей). Им надо одновременно быть и православными, и своими для мира сего. Очень не хочется людям совершать этот выбор, и возникает желание «освятить все». Так возникают и новые добродетели, неведомые св. отцам (такие как «терпимость к заблуждению»). И старые термины приобретают совершенно новый смысл (напр. любовь, брак). И появляются представления о том, что и нецерковные люди могут быть «хорошими, добрыми», и, потому, в общем-то и христианство им не особенно нужно. Это нечто желательное, но необязательное. Тем более, что жизненные цели тех и других бывают часто идентичны — это и поиски комфорта любой ценой, и обожествление культуры. И даже такое же отношение к деторождению. Разве не известно, что для очень многих мнимых «христианок» известие о беременности воспринимается чуть ли ни как онкологический диагноз. И это притом, что они ходят в храм и на каждой службе слышат поминовение «богоотец Иоакима и Анны», реально их главным богом будет комфорт и деньги. Так что так ли удивительно при таком сходстве мировоззрений желание стать окончательно своим для безбожников? Как часто люди говорят: «ну, нельзя же в наше время быть таким фанатиком?! (Как будто время что-то значит в жизни того, кто служит вечному Господу?) Нельзя быть «белой вороной». Это не смиренно, не по-христиански. Нельзя осуждать поступки других людей. Мы должны принимать всех такими, какие они есть, и ни в чем не показывать своего превосходства. (Для этого придуман даже специальный термин «триумфализм»). Надо быть терпимее. Да и вам самим надо стараться не обижать своим поведением. Надо стараться быть как все, иначе мы оттолкнем людей от Церкви (правда, тогда непонятно, зачем вообще в Нее кого-то звать, если Она полностью должна солидаризироваться с цивилизацией?)». Тут стоит нарушить все правила политкорректности и процитировать слова ап. Иакова: «Прелюбодеи и прелюбодейцы! Не знаете ли, что дружба с миром, есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу. Или вы думаете, что напрасно говорит Писание: «до ревности любит дух,живущий в нас»?» (Иак. 4, 4-5)

    А скрывается за этим отсутствие сознания своего падения и чудовищной бездны зла, захватившего мир сей. Потому и не видят такие люди нужды в спасении, совершить которое может только Создатель. Лишь тогда, когда человек почувствует на себе сильную руку Бога, он понимает, какая пропасть отделает членов Церкви от самых лучших иноверцев и безбожников. Ведь, по справедливому слову Златоуста, неверный «чужд верному. Он не имеет ни одной и той же с ним главы, но одного и того же отца, ни того же, ни того же города, ни пищи, ни одежды, ни дома; но все у них раздельно. У одного все на земле, у другого — на небесах. У этого царь Христос; у того — грех и дьявол. У этого пища — Христос; у того — гниль и тление. Да и одежда у этого — Владыка ангелов; у того — дело червей. У этого город — небо; у того — земля. А если у нас нет с неверными ничего общего, то скажи мне, в чем же нам иметь общение с ними? Произошли и мы через те же муки рождения и произошли из одного чрева? Но и этого недостаточно для ближайшего родства. Итак, постараемся сделаться гражданами горнего града». И видит он, что истинная любовь никогда не только позволит отдать члены тела Христова на поругание неверному, но и никогда не смирится с тем, что люди живут вдали от Создателя. Никогда человек, попробовавший ее живительных струй, не успокоится, видя, что тот с кем он живет, вражует против Бога нашего. Лишь тот, кто призван Той Любовью, что движет солнце и светила, может победить окаменение чужого сердца, но первым условием этого является исполнение повеления: «выйдите из среды их и отделитесь, говорит Господь, и не прикасайтесь к нечистому; и Я прииму вас» (2 Кор. 6, 17).» о. Даниил Сысоев

    Нравится

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.