Рок-миссионерство в ответах и вопросах

Роман Вершилло

Информационное агентство «Русская линия» предложило подборку новейших высказываний о рок-миссионерстве о. Димитрия Смирнова, о. Сергия (Рыбко) и о. Андрея Кураева. Представители духовенства реагируют на критику этого направления модернизма, которая недавно была озвучена агентством «Интерфакс».

Описывая круглый стол, прошедший в Издательском совете Московского патриархата, «Интерфакс-религия» приводит слова Жанны Григорьевой, заведующей отделом научно-богословской литературы и цензора миссионерского журнала «Фома»:

«В последнее время только и слышно: «Рок — это стихия, это язык философов, поэтов, мыслящих, честных людей». Начало этому положили игумен Сергий (Рыбко) и еще ряд священников, которые не так известны. Почему именно рокеры? А где студенты консерватории?» По мнению г-жи Григорьевой, «идет новая волна молодежи, которую обращают те, когда-то обратившиеся, и они говорят молодежи, что все можно, ничего не запрещено».

Перед нами тот нечастый случай, когда вопросы гораздо интереснее и содержательнее ответов. Поскольку ответы мы получаем печально стереотипные: «Я считаю, что при отсутствии возможности открытой проповеди через СМИ, из которых самыми популярными являются телевидение и радио в FM-диапазоне, проповедь на рок-концертах вполне допустима. Ничего противоестественного в этом я не вижу», — отметил отец Димитрий Смирнов», сообщает «Русская Линия».

О. Димитрий не видит «ничего противоестественного», и за его душевное равновесие мы можем не беспокоиться. Но, кажется, вопрос стоял иначе: есть значительное число православных, в том числе людей в священном сане, которые видят и не могут не видеть противоестественное в роке (что очевидно для каждого, кто знаком с прошлым и настоящим рок-музыки), и соответственно считают недопустимым присутствие священников, да и вообще христиан, на рок-концертах. Как быть с ними?

«Те люди, которые пытаются воевать с рок-музыкой и проповедью среди рокеров, это просто фарисеи, — заявил отец Сергий (Рыбко).- Фарисеи очень часто как раз за то и упрекали Христа, что Он обращался в своей проповеди не к каким-то избранным, а ко всем подряд — к язычникам, мытарям, блудницам, фарисеям, приводил всех к покаянию».

А это, между прочим, ложь: Христос не проповедовал «всем подряд», и это знает каждый, кто открывал Евангелие. Я послан только к погибшим овцам дома Израилева,- говорит Господь, и Он отказывается взять хлеб у детей и бросить псам. Господь и Его апостолы приходили и приходят сегодня исключительно к тем, кто сознает свою духовную гибель. Почему и исцеляет Господь страждущую дочь хананеянки, за слово сказанное ею: Но и псы едят крохи, которые падают со стола господ их (Мф. 15:24, 26, 27).

И в данном случае откровенно фарисейской — от древнееврейского слова «разделять, отделять» — является позиция о. Сергия, поскольку он резко, как никто другой в Церкви, выделяет хиппи, панков и рокеров в отдельную группу, и притом на основании их достоинств, а не недостатков.

О. Сергий и другие рок-миссионеры не считают рок-концерт — борделем или языческой оргией, а совсем наоборот. Достаточно ознакомиться с текстами их выступлений на концертах, чтобы убедиться: наши оппоненты льстят аудитории и обманывают ее. Прочитайте лишь рассказ о. Андрея Кураева о концерте «Рок к небу» «Небо — там», где он пишет для начала: «Не был стеклянных глаз, не было пьяни, не было настроя подраться. Умные, светлые глаза. Студенты. Мечта любого университетского преподавателя — обращаться к аудитории с такими глазами» («Татьянин День». № 2(51) за 2003 г.).

Если Апостол был для иудеев как иудей, чтобы приобрести иудеев (1 Кор. 9:20), то «не действительно,- как объясняет св. Иоанн Златоуст,- а только по видимому, не на самом деле будучи таким, а только поступая так без истинного расположения». Совсем не то в высказываниях о. Сергия (Рыбко) и о. Кураева. В них содержится лесть в адрес «выдающихся деятелей рок-культуры», бесстыдные похвалы «чистой поэзии, которая ложится на гитары Шевчука и Кинчева». О. Сергий доходит до одобрения хиппистской «системы» по ее существу: «Мы были романтиками в «совке», и тезис, что «Христос был первым хиппи» я, в общем, принимаю».

Любой миссионер может обращаться к людям без различий культуры и социального происхождения, но только не наши «рок-миссионеры». И это прекрасно доказал в своей статье о. Кураев, который рассказывает: «В итоге встал седобородый священник и с некоей досадой сказал: «Вы тут забыли, что Россия — это не только Москва и Петербург! Наша Архангельская область по территории с половину Франции будет. Ну, где я столько времени и сил найду, чтобы за каждой рок-группой по всем нашим городам ездить!». То есть батюшка понял, что это, теперь такая политика: «комсомольцы — на трактора, попы — на рок-концерты!». Пришлось его успокоить, сказать: «Никто вас, батюшка, туда идти не обязывает».

Нет, обязывает! В Церкви и обществе нет такой отдельной группы как рокеры или хиппи. Если есть — как нас изо всех сил убеждают рок-миссионеры — то все священники, и даже каждый христианин, должны идти к ним, как ко всем больным, умирающим, во все школы и во все больницы. Если же мы описываем рокеров, как группу принципиально отдельную от Церкви, то к ним идти не нужно вовсе никому.

Вспомним прекрасный вопрос г-жи Григорьевой: почему именно рокеры, хиппи и панки вызывают такое притяжение в среде модернистов?

Это правильная постановка проблемы, и главное: точно избран противовес рок-молодежи — студенты Консерватории. В отличие от классической, рок-музыка, как течение, обладает идеологическим зарядом и особого рода духовностью. Этого не будут отрицать ни поклонники рок-музыки, ни ее противники. И если этот идейный заряд отталкивает от рока православных, то совершенно особый сорт идеологов он только и привлекает. Эта неравнодушная «мистичность» — прекрасная «приправа», по выражению о. Кураева. И она просто необходима тем из проповедников, кто, к несчастью, утратил представление о тайне и учении самого Православия. Ведь там, где сталкиваются различные идеи, никакой симбиоз невозможен. В одну голову две идеологии не вместятся, и две духовности — в одно сердце.

Рок привлекает также и ярко выраженной маргинальностью, как в культурном, так и в социальном плане. Например, о. Сергий (Рыбко) с гордостью относит себя к поколению «хиппи 80-х, идущих против безбожной советской системы». А чем тут гордиться? Да и за что он ценит движение хиппи? «Мне думается именно то, что мне в своё время далось легко, так как, будучи хиппи, я порвал с обществом, и мне было абсолютно безразлично, что думает обо мне большинство. А вот современному человеку труднее всего выйти из-под влияния социума».

После этого откровенного признания в собственной маргинальности вполне закономерной выглядит поддержка о. Сергием деятельности Ельцина, и в частности расстрела Парламента в 1993 году: «По-человечески Борис Николаевич Ельцин мне очень симпатичен… При всей своей противоречивости Ельцин совершил настоящий гражданский подвиг, восстав против коммунизма. Я очень одобряю его действия и во время путча 1991 года, и в 1993-м».

Среди тьмы иллюзий, существующих вокруг рок-миссионерства, есть и та, что маргиналов легче отколоть от основного тела нерелигиозного мира. Однако маргиналы, вопреки своему наименованию, вовсе не те, кто «ближе к краю», и потому готовы упасть. Они, и правда, «написаны на полях» книги современной масс-культуры, но они от нее неотделимы. Перед нами — контркультура, привлекающая социальные и нравственные «низы» общества, но маргиналы столь же прочно укоренены в этом падшем мире, как и поклонники массовой или высокой культуры. Противоречие между Церковью и миром ничуть не смягчается тем, что падший мир имеет свои элитные районы, богемные закоулки или грязные трущобы.

Можно предположить, что рок-миссионеров сближает с посетителями рок-концертов отсутствие необходимой культуры. Это очевидно по крайней мере в отношении о. Кураева. Ведь его печально известная защита «Гарри Поттера» была бы невозможна для любого, кто способен оценить эстетическую ценность литературы хотя бы масштабах школьной программы. Да и о. Сергий (Рыбко), насколько можно судить по его отрывочным высказываниям, ценит движение хиппи и рок-культуру именно за их контр-культурные и асоциальные качества. Вот он говорит: рок «изначально себя поставил в оппозицию многим канонам этого мира, злу, несправедливости, рокеры позиционируют себя как борцы с устоями этого мира».

И на этом не конец. Совершенно в том же ключе он понимает Христианство, вышивая по «хиппистской» канве свои узоры: «Но дело в том, что христианство — оно ведь тоже борьба со злом этого мира. Здесь мы сходимся, и я стараюсь доказать рокерам, что их протест имеет все ответы в православии. От любого неформальства, любого бунта путь ко Христу самый прямой». При этих кощунственных сентенциях невольно вспоминается разбойник Варавва, с его «прямым путем». А рассказ о спасении разбойника благоразумного учит совсем иному: от бунта и преступления путь ко Христу не только не прямой, а проходящий через покаяние и мученическую смерть во Христе.

В случае о. Сергия (Рыбко) или о. Кураева, мы имеем дело с миссионерством наоборот. То, что внесено в Церковь не по закону, начинает свою миссию внутри Нее. И мы выступаем в наши дни не против того, чтобы рокеры приходили в Церковь, принимали крещение и становились примерными прихожанами. Мы против того, чтобы они навязывали Церкви чуждые Ей идеи, сами, или через посредство распропагандированного ими духовенства. Рокеры не хуже и не лучше других людей, но они должны освободиться от своей особенной идеологической нагрузки, и в этом, и только в этом, может и должно состоять миссионерство в их среде.

Да, рок-идеологи не задают себе глубоких вопросов, или точнее, не умеют задавать их. Они не выплыли на широкие воды какого бы то ни было мировоззрения, и им недоступна подлинная высота жизненных задач. Но если музыканту-классику сегодня нечего внести в Церковь, то рокер непременно захватит с собой свой идеологический багаж, каким бы убогим он не был.

Рок-идеология — это примитивнейший и предельно расплывчатый, но чуждый Христианству культ. Идеологическая нагрузка рока представляет собой смесь ницшеанства, романтизма, расовых идей, анархизма, культа вождя и стихийного племенного демократизма. Рок-идеология противоестественно сочетает стихию массового протеста и культ свободной личности. И это противоречие роковым образом роднит рок-культуру с массовой культурой стадиона, телевизионного шоу и выборной кампании.

Христианская проповедь на рок-концерте невозможна, поскольку рок-концерт является для рокеров суррогатным мистическим общинным переживанием. Сам о. Кураев признается, что участие в концерте доставляет своего рода «катарсис» и «очищение», а мы добавим, что в ходе концерта происходит своего рода эксгибионистическая «исповедь».

В среду рок-проповедников может войти только тот, кто обладает особого рода чувствительностью к «безобразию». Эта особая эстетическая чувствительность выискивает и одобряет проявления бескультурья даже там, где на самом деле присутствует не только безобразие, но и остатки культуры. И в рок-музыке есть нечто от высокого порядка западной классической музыки, пусть в виде беспорядочной груды обломков. Нет, рок-миссионеры готовы поддерживать лишь то, что обладает антиобщественным ароматом «безобразия». В данном случае происходит отрицательный нецелесообразный отбор, и только в атмосфере этого беспорядка и возможно противоестественное сочетание Христианства и рока.

И этот отбор, и сочетание несочетаемого становятся фактом внутренней духовной жизни. Возьмем свежий пример с лидером группы «ДДТ» Юрием Шевчуком. Он — безусловно достойный человек, и главное — человек ищущий утверждения человеческого достоинства. Но где он ищет? и что он находит?

Благодаря усилиям 5-го телеканала только что получил известность один проект Шевчука — концерт «Не стреляй!», посвященный трагическим событиям в Южной Осетии. Концерт прошел в питерском СКК 26 сентября. Кроме «ДДТ» принимали участие: Нино Катамадзе и группа «Insight» (Грузия), осетинский вокально-хореографический ансамбль «Иристон» и украинская группа «Братья Карамазовы».

«Мы не хотим допустить раздувание межнациональных конфликтов, к которым ведут нас некоторые политики. Мы хотим сказать о том, что мир лучше, чем война!» — делится Юрий Шевчук с корреспондентом InterMedia.

В заглавной песне поется что-то такое: «Не стреляй в воробьев, не стреляй в голубей, Не стреляй просто так из рогатки своей. Эй, малыш, не стреляй и не хвастай другим, Что без промаха бьешь по мишеням живым», с проникновенным припевом: «Не стреляй! Не стреляй! Не стреляй! Не стреляй!»

Итак, наилучшим ответом на агрессию грузинских бандитов против мирного Цхинвала является призыв не стрелять? И что этот призыв значит, когда одни русские миротворцы были вероломно расстреляны, а другие месяц спустя подорваны? Они не стреляли, они погибли на своих постах. Так к кому же обращен призыв «Не стрелять»? Понимать ли его как смиренную просьбу к грузинским террористам и международному сброду не убивать мирных граждан и солдат? Вся «красота» безобразного шевчуковского пацифизма потеряет свой блеск, если вспомнить, что призывом к русским воинам должно быть «Стреляй!», как того и требует воинская присяга.

Преступный рок-пацифизм Шевчука — это жалкие рудименты анархического антиобщественного и антигосударственного бунтарства. Такие вопиющие ошибки нравственного чувства и должно исправлять влияние Христианства. И поэтому перед нами чудовищный провал рок-миссионерства.

В том же ряду можно поместить и поддержку Патриархом Илией грузинских «героев» и безуспешные усилия Запада разглядеть очевидный геноцид осетинского народа, хотя глубокая нравственная катастрофа Грузинской Церкви должна рассматриваться не здесь и не нами.

Рок-культуре нечего сказать, поскольку она никогда не имела ответов на глубокие жизненные вопросы, что и определяет ее место в качестве субкультуры. И именно поэтому рок-миссионеры не обращаются отдельно и специально к студентам Консерватории.

Давайте задумаемся: что проповедник должен сказать именно будущим музыкантам? Ничего особенного, странного и отдельного; и в этом проявляется незыблемое основание и сверхъестественная сила Христианской проповеди! Христианин должен сказать музыкантам то же, что и будущим врачам, медсестрам и водителям автобусов. Да и почему только будущим? И настоящим, и вышедшим на пенсию.

Граждане неба — Апостолы — возвещают славу Божию. Во всю землю изыде вещание их! Слово истины исходит от края небес, и шествие его до края их, и ничто не укрыто от теплоты его (Пс. 18). Без этой всеобщности теряется и целостность веры, поскольку делить проповедь на «молодежную» или еще какую — значит делить саму целокупность веры. Христианская проповедь на любом уровне содержит в себе полноту истины. Это всегда целое семя, хранящее в себе все части будущего великолепного здания веры. Это луч света, неделимый в себе и нераздельный с Самим Солнцем Правды!

Тот, кто найдет слова, понятные студентам Консерватории, сможет говорить с каждым человеком, со всеми людьми, со всем народом и со всем миром.

Именно этого «миссионеры», способные говорить с рокерами и хиппи, не смогут никогда, и в этом состоит их резкий разрыв с Апостольской миссией, с ее духом, содержанием и историей. О. Сергий (Рыбко) и о. Кураев говорят на ином языке, нежели простые и непростые люди. И это выглядит непоправимым.

Реклама